Алексей Фурса: «Мы понимаем, что можем выигрывать у всех»

– Алексей, к началу декабря у «Магнитки» была неприятная ситуация: одна победа в семи матчах. В команде знали, в чём причины неудач?

– Несмотря на такую статистику, мы хорошо играли. Например, в матче против «Южного Урала» мы доминировали. У нас было преимущество, но одна ошибка решила исход игры.  Против Екатеринбурга мы вели в счёте, но две ошибки – пропустили и проиграли. В других матчах не было такого, чтобы проигрывали в одну калитку, мы всегда боролись. Возможно, где-то не хватало везения, но мы никогда не уступали в одну сторону. В такой ситуации мы сплотились и за счёт обычной черновой работы, через наш труд всё вылилось в победный результат. 

– При этом мы представляем, как вам, игрокам «Магнитки» было непросто. Команда выходит на второй домашний матч после 0:1 от «Южного Урала». В этой связи ощущалась некая тяжесть, скованность, зацикленность на чём-то?

– Не забили – да. Поэтому, как я говорил, сделали акцент на черновую работу: побольше бросать, лезть, закрыть, не придумывать лишние передачи. Как сказал наш главный тренер: играть не эффектно, а эффективно. Это принесло всё привело к положительному результату. Насчёт скованности? Да, где-то поддавливала, потому что смотришь на таблицу, а там такая плотность, что если один матч проиграл, то сразу перемещаешься к зоне вылета из плей-офф. Но мы одержали две последние домашние победы подряд, и надеемся, продолжим выигрывать.

– За тот неудачный отрезок вы собирались исключительно игроками без тренеров, чтобы обсудить причины между собой?

– Нет, таких мероприятий не было. Перед матчем в Екатеринбурге некоторые игроки приболели, поэтому мы решили не собираться, чтобы не разнести вирус дальше.

– В домашней игре с «Горняком» тоже всё было непросто, пропустили первыми. И вы сравняли счёт, после чего в игре наступил перелом. А что было до вашего голевого момента: нервозность, суета?

– Это было самое начало игры. Никто даже не думал, что мы проиграем. Впереди было более пятидесяти минут матча, и никто не зациклился на пропущенной шайбе. Мы начали друг друга подбадривать, тренеры сказали нам, чтобы играли попроще. Лёшка Егоров набросил, попал в щиток защитника, шайба отскочила ко мне, и я забил. Ничего не надо было выдумывать: наброс, отскок и добивание. Поэтому в игре с «Горняком» даже при 0:1 ничего на нас не давило, и не зажимало. Потом мы забили ещё дважды: произошла встряска, мы очнулись и начали показывать свой хоккей.
  
– Вы не забивали шесть матчей подряд, но в двух последних домашних победных играх забросили по шайбе, набрав три очка. Что-то поменяли в игре при завершении моментов?

– Вспоминая свой прошлый сезон, у меня было 17 голов, и большинство из них я забил с пятака. Где-то находил добивание, отскоки, подставления, и решил сыграть так же: попроще, не придумывать. Больше сделать акцент на пятак. Туда больше доезжать, подставлять. В Екатеринбурге отдал, поехал на ворота, шайба отскочила. И последний гол с «Челметом» – тоже самое. Я уехал с «бампера» на пятак, и она мне туда отскочила. Акцент сделал на игру под воротами.   

– Как для вас самого проходит этот сезон?

– Прошлый сезон для меня тоже начинался не очень: за 9 игр 1 очко, а потом я набрал ещё 34. Мы начали очень хорошо этот сезон, но для меня на первом месте результат команды, а личные цели на втором. В недавней череде поражений я не набирал очки, не приносил должную пользу команде. В последних играх начал набирать, и команда стала выигрывать. Для меня это вдвойне приятно. 

– Чем вы недовольны собой в первую очередь?

– На самом деле много аспектов, над которыми хочется улучшать игру, как в зоне атаки, так и в зоне обороны. Самое главное – приносить пользу. Можно сыграть матч без набранных очков, но при этом наставить блоков, сделать много хитов. А забитые голы и передачи – дополнение ко всему этому.

– В сентябре «Магнитка» очень здорово стартовала в чемпионате ВХЛ. Даже в гостях команда одержала шесть подряд. Что в конце ноября – начале декабря не складывалось из того, что получалось на старте сезона?

– В начале сезона мы все прислушивались к Евгению Анатольевичу, к тому, что он от нас требовал. Мы всё выполняли, и это приносило плоды. Когда мы уже шли на первом месте, возможно, позволили себе поиграть более открыто: например, где-то отдать более тонкую передачу. Может быть, другие команды под нас подстроились, и мы уже не могли показывать тот хоккей, который показывали в начале сезона.

– «Магнитка» уже двенадцать матчей подряд не может выиграть второй период. В чём может быть проблема?

– На результат во вторых периодах очень много влияют наложения пятёрок. Поэтому, когда это происходит, одна команда переигрывает смены и на ней сказывается усталость. Хотя тоже самое мы должны делать в обратную сторону. Но о причинах того, что мы двенадцать матчей подряд не можем выиграть второй период, я ничего не могу сказать. 

– Как произошло ваше знакомство с хоккеем?

– Мне было годика четыре. Сначала меня отдали на спортивную гимнастику, но для того, чтобы туда взяли, надо было пройти тест: подняться на «шведскую стенку» и сделать «уголок», подняв ноги. Помню, зашаталась перекладина, я испугался, слез, и меня не взяли. В шесть лет я пошёл в секцию футбола в Гродно на стадион «Красное Знамя». А футбол был с девяти лет, мне предложили хоккей, я и пошёл. Вспоминаю свою первую тренировку: выдали шлем, перчатки, коньки, а наколенников тогда не было. Вышел на лёд, стал падать и плакать от того, что мне было больно. Мама спросила: «пойдёшь ещё?». Я сказал: «да». В тот момент все и зародилось. Буквально через месяц записался рядом со школой в секцию футбола. Занимался параллельно футболом и хоккеем пять лет. Потом бросил футбол, выбрав хоккей.

– В футболе что-то случилось?

– Нет-нет. И в футболе, и в хоккее были хорошие показатели, был капитаном. Но когда мама сказала, что надо выбрать, потому что тяжело было совмещать с учёбой и футбол, и хоккей, я недолго думал, и отказался от футбола очень легко.  

– Совмещать два командных вида спорта – настоящий труд!

– Бывало, хоккейная тренировка начиналась в 7-8 часов утра, после нее я ходил в школу, потом прибегал домой на пару часов и шёл на тренировку по футболу. Так было на протяжении пяти лет. 

– Какая из профессиональных команд Гродно выступала более успешно: футбольная или хоккейная? 

– Хоккейная. За футболом, честно, не так сильно следил. А хоккейная команда была в призёрах, в ней играли легионеры из Финляндии, Чехии, Словакии. Раньше у нас был сильный чемпионат. 

– Что собой представляет детская хоккейная школа в Беларуси? Есть отличия от России?

– Да. У нас мало приезжих. Знаю, что в Магнитогорск приезжают со всей России. Когда я пришёл в хоккейную школу, то совместный набор 2001 и 2002 годов рождения составлял всего 60 человек. Были также отсевы, в возрасте десяти лет осталось лишь человек тридцать.  По поводу интернатов: у нас нет таких школ. У нас были ситуации, когда родителям по работе надо было переезжать в другой город. Тогда дети переезжали и просто переходили в другие хоккейные школы. 

– Вы выбрали хоккей, но в отличие от футбола это более финансово-затратный вид спорта. 

– Всю форму нам выдавала школа. Мы ездили на турниры даже за границу: в Польшу, Словакию. Школа оплачивала турниры, родители – автобус, и всё. А так почти во всём помогала школа.

– Поездки на турниры в Польшу и Словакию действительно были полезны, и там вы играли с сильными соперниками?

– Мы ездили три года подряд на Рождественские турниры, туда приезжала даже команда из Израиля, игроки которой еле катались. А так, были сильные команды из Чехии, Польши, где были игроки, которые сейчас играют на достаточно высоком уровне.   

– Кстати, футбольный и хоккейный тренеры проявляли негодование по отношению к вам насчёт совмещения?

– Никто не злился, но когда я бросил футбол, то тренер по футболу Владимир Николаевич немного расстроился. Я с ним до сих пор общаюсь. Иногда видимся, и вспоминаем те времена. Он даже приходил на мои хоккейные матчи в Гродно. 

– Чем всё-таки был обусловлен ваш выбор в пользу хоккея?

– До сих пор тяжело дать однозначный ответ, ведь мне тогда было всего 11 лет. Возможно, хоккей более интенсивный, в нём есть борьба, драки. В детстве меня это, возможно, зацепило.  

– Вы дрались?

– Нечасто, но когда видел драки, меня это воодушевляло, пробуждались эмоции. Это было интереснее, чем футбол.

– В футболе играли на позиции нападающего?

– Да. 

– Много забивали? 
   
– Меньше, чем в хоккее, но был одним из лидеров команды. 

– Кто из вас в хоккее сделал нападающего?

– Честно – не знаю. Я никогда не выделялся ни ростом, ни большими габаритами. Наверное, из-за этого меня отправили в нападение, потому что маленький и юркий. 

– У вас правый хват, но при этом вы – правша?

– Да.

– А почему тогда хват правый? Так удобней?

– Да. Когда мне впервые дали клюшку и спросили, какой хват, я показал: «правый». На что мне сказали: «лопатой копать?».

– Став профессиональным хоккеистом, вы продолжаете играть в футбол?

– Да, с друзьями, даже хоккейными. Хоккеисты тоже любят футбол, мы собираемся, арендуем поле и играем.

– На разминке мастер-классы показываете?

– Есть такое. Играем в «американку»: кто мячик уронил, тот вылетает. Частенько в финале играю с Лёхой Егоровым. 

– Чем белорусская Экстралига отличается от ВХЛ?

– По моему мнению, скоростью и игроками. В ВХЛ многие стремятся заиграть в КХЛ, постоянно доказывают это на льду. В Беларуси ввели лимиты на возраст, на зарплаты, что очень сильно ослабило лигу. Вот у нас в Гродно первые два звена составляли легионеры и местные игроки, которые показывал очень высокий уровень, и только один – два молодых попадали в команду. Сейчас есть конкуренция у возрастных игроков за место в команде. Я считаю, это неправильно. Когда тебе искусственно вводят этот лимит, что молодой обязан играть, – это неправильно. На примере «Магнитки» могу сказать, что у нас команда относительно очень молодая, и все пытаются проявить себя, чтобы попасть в первую команду. А у нас в Беларуси первая команда одна – «Динамо» Минск. Но ты понимаешь, что в чемпионате Экстралиги 12-14 команд, и физически просто невозможно туда забрать столько людей. Поэтому у хоккеистов падает мотивация, и ряд хороших игроков из Беларуси уезжает в ВХЛ.  

– Никита Жлоба выступал в чемпионате Беларуси. Играли против него?

– Нет. Я играл против Лёхи Мастрюкова и Жени Григоренко, Михаила Чурляева, он тогда был с Женей Григоренко в «Гомеле», и мы их выбили в первом раунде плей-офф 4 – 1. Это был мой лучший плей-офф, после которого я уехал в Россию. 

– Россияне, которые приезжают в Беларусь, держат уровень? 

– Да. Я сам четыре года играю в России, а в то время к нам приезжали очень сильные легионеры, которые в КХЛ поиграли. Это были именитые хоккеисты, которые показывали достойный результат.

– Чем знаменит ваш родной город Гродно?

– Это старинный город, основан в 1128-м году. Он входил в состав Речи Посполитой. У нас старый европейский городок со множеством церквей, костелов, замков, даже синагога и кирха. Центр города состоит из маленьких двухэтажных домиков с брусчаткой. В 150 километрах от Гродно есть город Новогрудок, он был столицей Великого княжества Литовского. 

– Допустим, мы приезжаем в Гродно буквально на сутки. Куда посоветуете сходить?

– Коложская церковь, Старый замок и Советская площадь. Когда был Кубок Евразии, из «Магнитки» Джелал-Ад-Дин Амирбеков и Эдуард Шетле приезжали в составе «Номада» в Гродно. Им наш город очень понравился.   

– Там у вас много родственников живёт?

– Родители, сестра, тёща, тесть, двоюродные братья, сёстры, дяди, тёти. 

– Они смотрят оттуда игры «Магнитки»?

– Да. Бабушка Лена передавала привет, болела за нас. Смотрела наш последний матч против «Челмета». 
 
– Население Гродно меньше чем в Магнитогорске, но это третий город Беларуси, и там поляков двадцать процентов. 

– Действительно, в Гродно достаточно много католиков и католических церквей – костёлов. Мой одноклассник Алексей, который со мной ходил на хоккей, католик.  

– Знаете ли вы польский язык?

– Нет, буквально пару слов. На польском в городе никто не разговаривает, в основном на русском языке. Белорусский используют в деревнях и некоторые пожилые люди.

– А что касается смеси белорусской и польской культуры в Гродно?

– Летом в городе очень много туристов из Литвы и Польши. В нынешней политической ситуации границы закрываются, и работает один проездной пропуск через город Брест. Когда я учился в школе, мы ездили в Польшу на экскурсии. У меня была виза на пять лет, когда был выходной, мы с другом Алексеем садились в маршрутку и ездили на шопинг в Польшу, потому что там всё было в два-три раза дешевле. 

– Давайте поговорим о том, как вы оказались в Магнитогорске?

– После моего лучшего плей-офф в Экстралиге, когда я стал лучшим бомбардиром первого раунда, мне написал агент, что возможно меня получится попробовать в КХЛ. Я был очень рад, но сначала не поверил, потому что до этого никогда не работал с агентами и не знал, как это всё происходит. Потом прошло две недели после окончания плей-офф и мне, действительно, позвонил этот агент. Изначально меня подписали в нижегородское «Торпедо», но что-то поменялось и меня обменяли в «Металлург». Я был очень взволнован: первый раз уезжаю из дома в 21 год, приезжаю в чужую страну, конкретно – в Магнитогорск. Когда прилетел, никого не знал. Меня завели в гостевую раздевалку. Первое время терялся в «Арене «Металлург». Сначала ходил просто за парнями. Кроме меня в раздевалке был Никита Рожков, Даниил Зиновьев, Андрей Филоненко и Вадим Антипин, а после предсезонки с первой командой меня отправили в Орск.

– В восьмидесятые годы «Металлург» и «Южный Урал» играли между собой во Второй лиге чемпионата СССР.  

– От Орска остались приятные воспоминания. Там очень любят хоккей, очень преданные болельщики. Когда моя жена переехала в Орск, мы обустроили дом и наладили быт, в Орске было тепло и уютно. 

– Получается, вас родственники отпустили из Гродно в Нижний Новгород, но затем вас обменяли в Магнитогорск, который находится ещё дальше от Гродно. Как отреагировали на этот обмен близкие люди?

– Я две недели ждал, куда меня обменяют. В итоге – Урал, далеко. Близкие переживали, думали о том, как я буду там один. А вдруг обманут, и я приеду, не пойми куда. Первое время было страшновато: другая страна, никого не знаю, но я быстро адаптировался.  

– Кто из родственников приезжал к вам в Орск, Магнитогорск?

– Жена. Мы поженились в начале июня 2022 года, а вначале июля я улетел один. В первый мой сезон в Орске жена прилетала на побывку: прилетала и улетала обратно. А второй сезон Александра полноценно проводила со мной. И сейчас она тоже здесь. 

– Вы рано женились. С будущей супругой давно были знакомы?

– С 17 лет, когда поступил в университет, Александра училась на другом факультете. Познакомились в интернете, она создала пост: «посоветуйте книгу», я ей ответил. С тех пор началось наше общение.

– Какую книгу посоветовали?

– Сейчас точно не скажу. Александра тогда училась на втором курсе, а я на первом, у нас были разные специальности. Я учился на физико-техническом, она – на биологическом факультете. 

– Защитнику «Магнитки» Алексею Егорову чтение книг даётся с большим трудом. А что любит читать Алексей Фурса?

– Сейчас я читаю «Мертвые Души» Гоголя. 

– Серьёзно?

– Да. На самом деле я не так давно начал читать. В школе я ненавидел читать. Мы просили нам на свадьбу дарить не цветы, а книги, чтобы создать свою библиотеку. Моя жена любит читать, она очень много читает. Моя крёстная – преподаватель русского языка и литературы, она мне подарила «Анну Каренину». Это моя первая книга  из фонда классической литературы. Она мне так понравилась, что я после этого стал читать именно классические произведения. Недавно прочитал «Преступление и Наказание» Достоевского, мне очень понравилось.

– Вы читаете «Мертвые Души». Кто любимый персонаж на данный момент?

– Главный герой – Чичиков. Ещё до конца не дочитал. Сначала он для всех людей показался очень интересным, интеллигентным человеком. И люди не понимали, для чего он покупал эти души, а потом всё против него обратилось. 

– Вы узнавали, откуда у Александры такой повышенный интерес к книгам?

– Думаю, любовь к книгам у неё с детства, дома огромная библиотека, которую сформировали ее бабушки и дедушки, поэтому у Саши в семье все любят читать. Сейчас ей больше нравится читать детективы. Я пока читал одну – две книги, она уже книг шесть прочла, хотя время у нее на это есть только когда ребенок спит. 

– Вы в семье росли не единственным ребёнком?

– У меня есть младшая сестра. Она поступила на факультет физической культуры и здоровья, сейчас учится на первом курсе.  

– А вы где учитесь?

– Я окончил гродненский государственный университет имени Янки Купалы, по образованию инженер-энергетик. Техническая эксплуатация энергооборудования. 

– Это совсем даже не тренер.

– Да. У нас раньше было так: если ты учишься, в армию не идёшь. Я подумал, если не получится с хоккеем, пойду работать по образованию. А второе образование получу физкультурное. Когда я поступил на первый курс, появилось новое введение: действует только одна отсрочка. То есть я не смогу потом пойти учиться и не служить. В итоге я окончил институт по специальности инженер-энергетик. Мне очень нравилась в школе физика и математика.

– Вы ходили на пары, сдавали зачёты и экзамены?

– Да. За всё время у меня была только одна пересдача в первом семестре. Я учился на бюджете. Все семестры были закрыты без пересдач, я получал даже стипендию. С утра у меня были тренировки в 10-11 часов. После этого я мог сходить на одну пару, затем – на тренировку, а потом ещё на лабораторные работы по физике. То есть после обязательной учёбы, я занимался еще индивидуально. Мне нравится учиться. Недавно в одной из российских школ я получил переподготовку по специальности: «тренер по хоккею». Позже планирую в Беларуси учиться в высшей школе тренеров, чтобы после окончания карьеры иметь хоккейную профессию.

– Всё-таки выберете хоккейную профессию?

– Да.

– Тогда зачем первое высшее образование?

– На самом деле, я не жалею, что пошёл учиться именно туда. Один из моих партнёров по команде – транспортный логист. Всё равно это образование не пропадает даром: знания, интересы в жизни пригодятся. Мой папа – электрик по специальности. Я помню, когда первый раз сам менял розетку в квартире, позвал отца, чтобы он мне показал всё на практике. 
             
– В «Магнитке» достаточно приезжих хоккеистов, но не все живут с семьями. С вами здесь супруга, ребёнок, и вы чувствуете себя, как дома?

– Да. Быт налажен, все условия есть, всё приближено к дому. На самом деле, семья помогает, когда она рядом, потому что приносит положительные эмоции, у нас еще очень маленький ребёнок. С удовольствием наблюдаем за ее первыми шагами, словами: «папа», «мама». Это невероятная радость для нас, родителей. И вот эти положительные эмоции, они благоприятно сказываются на мне. 

– Чем супруга угощает после домашней игры?

– После игры мы кушаем здесь, в детском ледовом. К тому времени, когда я возвращаюсь, она уже укладывает ребёнка. Я стараюсь её не беспокоить этим вопросом. Однажды я остался на один день с ребёнком, и понял, какой это невероятный труд. Большое уважение к женщинам за то, что они всё это делают. Бывает, если надо дома покушать, то я сам готовлю.

– А что?

– Да всё. Мне нравится готовить и пробовать новое, я бы даже сказал, что готовка на кухне – моё хобби. Всё, что угодно смогу приготовить. Вопрос: вкусно это будет или нет? Но я это приготовлю. Обеспечить самого себя в плане еды – для меня это не проблема: завтрак, обед, ужин.

– Александра ходит на матчи с участием «Магнитки»?  

– Да. На игру против «Южного Урала» она не смогла прийти, мы проиграли. Она сказала: «приду на две следующие игры и мы победим». Она пришла два раза, и мы победили. 

– Чем ваша супруга занимается в жизни?

– У неё два высших образования. Первое: инженер-технолог, а второе экономическое. Сейчас она в декрете, а в прошлом была инженером-технологом в лучшем ресторане Гродно. Ей очень нравилось, и когда пришлось уезжать, немного расстроилась, что оставляет работу.

– Капитан «Стальных Лисов» Павел Гаврилович в Магнитогорск так и не попробовал настоящих белорусских драников. А вам довелось?

– Драники ел, но не помню где. 

– Те самые?   

– Нет, не те. А вот когда «Магнитка» приезжала летом в Минск на сборы, там были как раз те самые драники. И всем очень понравилось.  

– На ваш взгляд, в чём разница?

– Думаю, в рецептуре, и способе приготовления.  

– Как сейчас с Александрой проводите свободное время?

– Прогулки, совместное времяпрепровождение с ребёнком. Фильмы стараемся не смотреть, потому что времени нет. Маленький ребёнок занимает всё свободное время. 

– На каких улицах Магнитогорска вас можно встретить?

– На Ворошилова, Труда. Парк «Притяжение», набережная за «Континентом» нам очень понравились. Это основные места, где мы гуляем. 

– У вас дочь?

– Да, ей сейчас десять месяцев. Назвали Софья.

– Кто дал имя?

– Мы с женой. Бабушки и дедушки хотели назвать по-другому, но мы настояли, что они внучку будут звать Софьей.

– Чем Софья радует в последнее время?

– Она уже сама встает. Был первый шажочек без опоры. Начинаем говорить «папа», «мама» и активно смеяться. Слышать смех дочери – дорогого стоит.   

– Давайте вернёмся к хоккею. За то время, что играете в фарм-клубе, была ли возможность попасть в основу «Металлурга»?

– Я не могу судить. Когда проходил сборы, был Илья Петрович Воробьёв. Наверное, на тот момент не было шансов. При Андрее Владимировиче Разине не знаю. Мне кажется, в прошлом сезоне можно было. У меня была хорошая статистика и показатель полезности. Мне самому интересно, потому что на предсезонных играх на турнире в Уфе я забивал «Северстали». Хочется проверить себя на уровне КХЛ: достоин я там играть или нет? Меня мотивирует история Димы Силантьева. Человек из ВХЛ попал в нужные руки и раскрылся. Тут дело случая и момента. В «Тракторе» вратарь Шерстнёв эффектно вошёл в КХЛ. Даже вратарь Самойлов, который в «Северстали», становился чемпионом Беларуси, сейчас один из ведущих вратарей в КХЛ. Не скажу, что нет шансов, они есть, надо работать.  

– С магнитогорскими белорусами из «Металлурга» и Стальных Лисов» общаетесь?

– Мало пересекаемся, потому что всё внимание уделяем ребенку. После выездных игр хочется больше времени провести с семьёй. Я знаю, что у Данилы Паливко тоже родился ребёнок.

– Павел Гаврилович обучает партнёров по команде белорусскому языку. А вы?

– Нет. Я почти не говорю на белорусском языке. Иногда называю своих партнёров по «Магнитке» «сябр», что значит друг. 

    
– Правда ли, что в «Магнитке» дружный коллектив? Как это проявляется?

– Да. У нас сплав молодости и опыта. Алексей Мастрюков, который пришёл к нам, в каких-то моментах много подсказывает. Никита Жлоба, уже поигравший человек, не первый год в Лиге, он тоже – сильный мотиватор. Местные парни, которые стремятся в первую команду попасть и доказывают здесь. То есть у нас здоровая конкуренция. За счёт неё каждый становится лучше. Из-за этих компонентов у нас хороший коллектив.
 
– Александр Мирзабалаев рассказывал, что, когда вы собираетесь где-то отдохнуть, то приходите туда семьями. Расскажите подробнее об этом.

– Бывает, после игры собираемся с парнями, которые приходят с жёнами, с детьми. Для жён выйти куда-то в свет это вид отдыха, потому что они целыми днями находятся с детьми, а тут можно отдохнуть, посидеть, покушать. Для нас это приятное времяпрепровождение, для жён это смена обстановки. 

– Александр Мирзабалаев с Софьей уже нянчился?

– Да. Мы же соседи (улыбается). Его все наши дети любят. 

– Нам кажется, что из Александра мог бы получиться шикарный Дед Мороз! Кстати, как вы, белорусы, встречаете Новый год? И как его встретите здесь, в Магнитогорске? С командой соберётесь?

– У нас будет новогодний корпоратив. Потом приезжие хоккеисты разъедутся по домам. Лично мы останемся. Нашей семье туда – обратно слетать домой очень напряжно по многим критериям, поэтому мы останемся в Магнитогорске. Я знаю, что остаётся семья Мастрюковых, которая, как и мы, живёт на Ворошилова. Остаётся кто-то ещё, поэтому можно будет целым подъездом собраться и отпраздновать вместе Новый год.    

– Если посмотреть на состав «Магнитки», чем он отличается от составов других составов команд ВХЛ?

– Наверное, подбором игроков. Тем, что здесь уделяется основное внимание своим воспитанникам. «Магнитка» – системная команда. Её основная задача – подготовка кадров под первую команду. Поэтому в «Магнитке» акцент делают на своих воспитанников. 

– Нынешняя «Магнитка» имеет шанс превзойти своё достижение? Что есть у этой команды из того, чего ей не хватало для прохождения второго раунда плей-офф в прошлом сезоне?

– Есть шансы. У нас появился опыт с прошлого года: тогда мы прошли серию, обыграв в ней победителя регулярного чемпионата. В команде сформировался коллектив. Мы понимаем, что можем выигрывать у всех, нет непобедимых, любой соперник нам по силам. Тут главное – работать, выполнять установку, слушать и слышать, что нам говорят. И тогда всё нам по силам.